«Умру, но из храма не уйду»

18 апреля в церковном календаре — день памяти священника Алексия Кротенкова, расстрелянного в 1930 году. Ему в это время было чуть за 50, служил он настоятелем сельского храма в Тобольской губернии. Началось с того, что власти обложили приход повышенными налогами. Но сразу после уплаты потребовали ещё 524 рубля. За неуплату пригрозили закрыть храм.
Отец Алексий созвал общее собрание прихожан, чтобы обсудить ситуацию. На собрание пришёл председатель сельсовета с милиционером и за­явил, что платить нужно уже не 524, а 1196 рублей. Стало ясно, что сколько ни заплати — потребуют ещё больше. Прихожане проголосовали против такого произвола. Составили протокол. Староста отнёс его в сельсовет, где тут же был арестован.
Чтобы не допустить закрытия храма, настоятель и часть прихожан остались на ночь в церковном помещении. На утренней службе собралось много народа. А в самый разгар богослужения появились представители власти и сообщили, что за неуплату налогов храм опечатают. Люди возмутились и стали требовать справедливого разбирательства.
— Православные, я предлагаю всем верующим, кто свободен, остаться в церкви на ночь, — сказал отец Алексий с амвона. — Церковь запрём изнутри и никого пускать не будем, пока не убедимся, что от закрытия церкви откажется местная и центральная советская власть. До этого момента мы готовы умереть за веру Христову. Я лично из храма никуда не уйду — умру здесь.
Несколько ночей священник провёл в храме. И тут поздно вечером к его супруге домой под видом советского начальника из округа заявился сотрудник ОГПУ. Он изобразил сочувствие и готовность помочь, но попросил для этого вызвать из храма мужа на переговоры. Женщина поверила и пошла ночью в храм, стала уверять мужа, что человек не похож на обманщика.
— Меня арестуют — я чувствую, — горько сказал отец Алексий.
Но жена продолжала уговаривать, и он смирился. Дома его тут же арестовали и отправили в тюрьму. Храм закрыли. А священнику вынесли смертный приговор.

Рубрику ведёт Валерий КОНОВАЛОВ

Наверх